Россия: экологический «портрет» на глобальном фоне
Н.Н. Клюев,
доктор географических наук,
Институт географии РАН
Исследование выполнено
при поддержке РФФИ (грант № 02-06-80233)
и Фонда содействия отечественной науке
С конца 1980-х годов в нашей стране на смену социалистическому оптимизму («у нас
все хорошо») пришел своеобразный экологический мазохизм. Стало модным изображать
нашу страну образцом абсолютного варварства по отношению к природе.
«Экологическим бандитом № 1» называл СССР бывший руководитель Госкомэкологии РФ
[1]. Наши экологические проблемы гипертрофированны Feshbach и Friendli [9],
озаглавившими свою книгу «Экоцид в СССР». М. Максимова [5] пишет: «...нынешняя
Россия оказалась в числе стран с наихудшей экологической ситуацией». Подобные
выводы, дискредитирующие Россию в мировом общественном мнении, не базируются на
корректных международных сопоставлениях, и поэтому не обоснованны. Заметим, что
распространение таких взглядов негативно отражается на имидже нашей страны, ее
инвестиционной и рекреационной привлекательности.
Хорошо известны оценки, согласно которым на территории России ареалы острых
экологических ситуаций занимают площадь 2,5 млн км2, или 15% всей территории,
или 4,5 Франции [3]. Не подвергая сомнению эти цифры, отметим, что здесь и в
других источниках, использующих данные оценки (а они вошли и в Государственные
доклады «О состоянии окружающей природной среды РФ», и в школьные и вузовский
учебники), не оговаривается относительность применяемой шкалы «оценки остроты».
Эта шкала — сугубо российская, она не годится для международных сопоставлений.
Между тем из карты «Проблемы природопользования Восточной и Центральной Европы»
[7] хорошо видно, насколько наши экологические проблемы менее остры, чем даже в
центральноевропейских странах, не говоря уже о западноевропейских.
В связи с этим возникает вопрос — какова реальная роль российской территории в
биосфере и каков ее «вклад» в деградацию природной среды планеты? Отсюда
вытекает мера ответственности страны, ее позиция в международных отношениях.
Степень устойчивости ландшафтов, представленных на территории России, к
антропогенным воздействиям прежде всего определяется климатическими факторами:
преобладание низких температур обусловливает невысокую скорость естественной
деструкции загрязнителей в воздухе, воде и почвах; 60% территории занимают особо
уязвимые природные комплексы многолетней криолитозоны; около половины российской
территории — это слабо устойчивые к широкому спектру хозяйственных воздействий
горные геосистемы; 20% территории России относится к сейсмоактивным районам (в
том числе 5% территории подвержено чрезвычайно опасным 8–10-балльным
землетрясениям), а 18% — лавиноопасные территории. Стихийные бедствия могут
инициировать экологические катастрофы и усиливать тяжесть их последствий. И
вечная мерзлота, и горы локализуются на очень слабо освоенном востоке страны.
Эти уязвимые ландшафты пока практически не нарушены хозяйственной деятельностью.
Однако приращивать «могущество российское Сибирью и Арктикой» надо с большой
осторожностью. Значительную часть территории страны, особенно на
Восточно-Европейской равнине, занимают геосистемы, замкнутые на внутренние
водоемы, что затрудняет «экспорт» экологических угроз за пределы страны.
Рис. 1. Планетарно значимые экологическе характеристики России, %
Экологически значимые характеристики России отражены на рис. 1.
Планетарно-экологическое значение имеют: российские леса (занимающие 46%
территории страны); переувлажненные земли и болота (22% территории), которые
регенерируют атмосферный кислород и выступают геохимическими барьерами для
загрязнителей; крупнейший на планете массив практически не освоенных земель
(почти 2/3 территории). Российская территория выступает главной естественной
«очистной установкой» планеты, одним из основных районов компенсации глобальных
загрязнений и вообще нарушений природы, экологическим «донором» многих
национальных экосистем. Мир активно осваивает (бесплатно, заметим)
«экологический ресурс» России.
На российской территории сосредоточено большое количество биологических видов (в
% от общего количества в мире): беспозвоночных — 10, насекомых — 8, рыб — 14,5,
птиц — 8, пресмыкающихся и земноводных — 1, млекопитающих — 8.
По величине выбросов загрязняющих веществ в атмосферу (рис. 2) — абсолютных и на
душу населения — с большим отрывом лидируют США. Российские «валовые» показатели
ниже американских: по SО2 — в 6,5 раз, по NОx — в 8,6, по СО2 — в 8,7 раз.
Параметры выбросов европейских стран ниже российских, но в расчете на душу
населения они сопоставимы. Важно упомянуть, что Россия расположена в гораздо
более суровых климатических условиях, чем США и Западная Европа. Это
предопределяет и больший расход энергии (на отопление, высококалорийное питание,
теплые производственные и жилые помещения и т. п.), а, следовательно, и выбросов
в атмосферу, и объемов использования водных ресурсов. Больше энергии требуется и
российскому транспорту, обеспечивающему связь на огромной территории, отнюдь не
компактной конфигурации. Российские же показатели воздействий на среду,
отнесенные к единице территории, несопоставимо малы по сравнению с другими
странами.
Что касается дифференциации стран по уровню их развития, то распространенное
мнение состоит в том, что богатые страны сокращают нагрузку на природу, а бедные
— увеличивают ее. Однако расчеты показали, что это не так. Гипотетическую
тенденцию нарушают, с одной стороны, США, наращивающие выбросы, а с другой —
страны Центральной, Восточной Европы и республики бывшего СССР, где выбросы
уменьшаются из-за спада производства (на долю России приходилось 65% союзных
выбросов). Всего за 5 лет доля постсоветских стран в глобальных выбросах
уменьшилась на 6%. Вместе с тем хорошо проявляется возрастание выбросов в так
называемых развивающихся странах (прежде всего азиатских), характеризующихся
невысокими душевыми показателями ВВП.
В РФ в хозяйстве используется лишь 2% имеющихся ресурсов речного стока (в мире —
8%, США — 19, Германии — 48, Бельгии — 108%) — рис. 3. Показательно сравнение
качества вод типичных среднегерманской и среднерусской рек — Оки и Эльбы.
Концентрации свинца, меди, цинка, хрома у Оки на 40% выше геохимического фона, а
у Эльбы — в 3–16 раз выше фона [4, с. 126].
Рис. 2. Выбросы вредных веществ в атмосферу по отдельным станам
В нашей стране более экологичная, чем в мире в целом, структура топливного
баланса. В мировом потреблении топлива природный газ составляет 22,5%, а в нашей
стране — более 50%.
Поставками энергоресурсов на мировой рынок Россия оказывает существенную
экологическую помощь зарубежным государствам. В процессе экспорта нефти и газа,
по сути, «продаются» и российские ландшафты, сильно нарушаемые и загрязняемые
при добыче этих ресурсов. Известно, что наиболее токсичные выбросы поступают в
атмосферу при сжигании угля, наименее токсичные — при сжигании газа, нефтяное
топливо (мазут) занимает промежуточное положение. Замена в странах Европы (без
стран СНГ и Прибалтики) угля и нефтепродуктов российским газом (более 120 млрд
м3 в год) позволила им сократить выбросы вредных веществ в атмосферу более чем
на 30 млн т в год, в том числе твердых частиц — на 15 и соединений серы — на 10
млн т [8, с. 63].
Поскольку в средних широтах Северного полушария преобладает западный перенос
воздушных масс, загрязняющие вещества, выброшенные в атмосферу в Европе при
сжигании получаемых из России энергоносителей, частично поступают с воздушными
потоками на нашу территорию. К примеру, потоки антропогенной серы, поступающие
на Русскую равнину из Западной Европы, в 10 раз превосходят ее потоки из России
на запад. Таким образом, две главные экологические проблемы — где взять
природные ресурсы и куда девать производственные отходы — решаются в данном
случае за счет России. Наша «экологическая помощь», к сожалению, пока никак не
учитывается во внешнеторговых расчетах, и потому является безвозмездной.
Рис. 3. Использование водных ресурсов по отдельным странам
Основными импортерами «экологического ресурса» России (природных ресурсов и
продукции экологически опасных производств) являются (в % от экспорта РФ1):
Германия — 11,5, Украина — 10,9, Италия — 6,4, Великобритания — 5,7, Беларусь —
4,4, Китай — 4,3, США — 3,6, Швейцария — 3,4.
Российское сельское хозяйство отличается относительно невысокой интенсивностью,
что позитивно сказывается на состоянии ландшафтов и качестве продуктов питания.
Так, внесение минеральных удобрений на 1 га пашни в 1997–1998 гг. в мире
составляло 100 кг/га (в Китае — 290, Великобритании — 330, Нидерландах — 550), а
в РФ — 16 кг/га (в 1999 г. — уже 15 кг/га, в 2001 г. тенденция сохранилась). По
количеству удобрений и ядохимикатов на единицу пашни и доперестроечная Россия
уступала другим странам. У нас экологические проблемы земледелия всегда были
связаны не с количеством применения химикатов, а с технологией их использования.
На 1 га пашни в мире приходится 21 трактор (в США — 26, Нидерландах — 198,
Японии — 462), в России — 9. Высокий уровень механизации сельскохозяйственных
работ, как известно, определяет высокую производительность труда, но также и
высокую степень трансформации почвенного покрова.
Волей судьбы наше сельское хозяйство вполне конкурентоспособно с точки зрения
экологической чистоты. На мировом рынке экологически чистая сельскохозяйственная
продукция (которую в принципе невозможно получить, например, в Западной Европе)
ценится очень высоко. Надо сказать, что распространение ортодоксальными
«зелеными» необоснованных утверждений об удручающем состоянии природной среды в
России не способствует продвижению отечественного продовольствия на мировой
аграрный рынок, где ведется ожесточенная конкурентная борьба.
По масштабам автомобилизации, определяющей транспортные воздействия на среду,
Россия, конечно, намного опережает Эфиопию (соответственно, 122 и 1 личный
автомобиль на 1000 жителей), но пока еще сильно отстает от уровня Германии,
Италии, США (более 500 автомобилей на 1000 жителей). По причине промышленной и
транспортной «недоразвитости» России даже в европейской ее части поступление
свинца в почву близко к глобальному и на порядок ниже, чем в Западной Европе и
Северной Америке.
Россия — единственная крупная лесопромышленная держава, в которой площади под
лесами сегодня не уменьшаются, а растут. В мире масштабы восстановления лесов и
сведения лесов соотносятся как 1:10, а в РФ это соотношение составляет 1,36:1
(1999 г., а в 1998 г. — даже 1,83:1).
В то же время на единицу выпускаемой продукции российская экономика расходует
значительно больше природных ресурсов и дает больше производственных отходов,
чем хозяйства развитых стран. При этом, однако, надо учитывать, что их
относительная «экологичность» во многом базируется на экспорте природных
ресурсов и ассимиляционного потенциала природной среды, в частности, и из
России. Кроме того, при межстрановых сравнениях нужно принимать в расчет и
отмеченные выше географические особенности нашей страны (суровость климата,
размеры и конфигурация территории).
Производственная нагрузка на единицу высокоосвоенной территории (т. е.
территории с плотностью населения свыше 10 человек на 1 км2) в Западной Европе,
Японии, Корее превышает таковую в России в 30–40 раз. Естественно, еще больше
разница в удельной нагрузке на всю территорию. Что касается крупных городов, то
насколько можно судить по разрозненным данным, уровни загрязнения среды в
российских и зарубежных мегаполисах в целом сопоставимы. Однако нельзя не
заметить, что города — эти «паразиты биосферы» — не могут существовать без
окружающих их ландшафтов. Состояние среды в российских городах заметно улучшают
огромные разреженные пространства, полноводные реки, гораздо менее, чем за
рубежом, освоенные территории, обширные леса.
Россия выделяется на мировом фоне наличием источников потенциального риска:
ядерное и химическое оружие, предприятия ВПК, трубопроводы, газохранилища,
атомные и гидроэлектростанции, химические производства, авиация и т. п. Так, в
РФ, по оценкам, сосредоточено около половины накопленного в мире обогащенного
урана и, соответственно, примерно половина отходов его обогащения. Россия несет
ответственность за 50% антропогенного «космического мусора». В нашей стране
находятся очень крупные — в мировом масштабе — зоны радиоактивного загрязнения.
Но в целом вклад российского хозяйства в глобальную трансформацию природной
среды не превышает долю страны в территориальных ресурсах Земли, в населении и в
мировом хозяйстве.
Показательна в этой связи ситуация в районе Баренцева моря. Западные экологи,
политики и СМИ проявляют повышенную обеспокоенность ядерной и радиационной
опасностью на Кольском полуострове и в Баренцевом море. Здесь действительно
сконцентрирован куст опасных объектов: АЭС, базы ледокольного и подводного
атомных флотов, завод по производству атомных субмарин, судоремонтные заводы,
стоянки выведенных из эксплуатации атомных кораблей, хранилища отработанного
ядерного топлива, установки по очистке и морской могильник радиоактивных
отходов, Новоземельский ядерный полигон. В то же время российско-норвежской
экспедицией установлено, что фоновое радиоактивное загрязнение Баренцева и
Карского морей значительно (на порядок) ниже, чем Ирландского и Балтийского
морей. Кроме того, в Баренцево море с Норвежско-Нордкапским течением выносятся
загрязнения из Северного моря, которое уже более 150 лет используется наиболее
развитыми европейскими странами как крупномасштабная свалка отходов. В
послевоенные годы море активно «осваивается» ядерной энергетикой (радиоактивные
отходы в него сбрасывает Франция, а Великобритания — в Ирландское море)2
и морскими нефтегазопромыслами. Благодаря Гольфстриму широкий спектр загрязнений
— от бытовых отходов до радионуклидов — прослеживается до Карского моря. По
оценкам [6, с. 47], сбросы радиохимических заводов — английского Селлафильда и
французского Ла-Хага — обеспечивают около 30% загрязнения Карского моря
стронцием-90 и около 60% его загрязнения цезием-137. Как видим, в этом районе
отечественные потенциальные экологические угрозы сочетаются с «импортируемыми»
реальными опасностями.
Россия унаследовала ресурсоемкую экономику с перекошенной в сторону тяжелой
индустрии структурой, определяющей высокий антропогенный пресс на природу. В
ряде районов страны сформировались очень острые и даже критические экологические
ситуации. За годы перестройки и реформ худшие черты экологического облика России
лишь обострились. За эти годы снизился уровень реальных экологических угроз, но
возросли угрозы потенциальные (см. [2]).
Однако, фиксируя остроту отечественных экологических проблем, важно понимать,
что по широкому кругу параметров Россия относится к числу экологически
благополучных стран планеты, является крупнейшей экологической державой. В силу
этого важные отрасли российской специализации на мировом рынке — производство
экологически чистой продукции, оказание рекреационных и экологических услуг.
Относительно скромная роль России в деградации биосферы и ее огромный
пространственно-экологический потенциал являются важными геополитическими
факторами, которые можно и нужно использовать для упрочения международных
позиций России.
Литература
1. Зеленый мир. 1997. № 23.
2. Клюев Н.Н. Экологические итоги реформирования России// Экология и жизнь.
2002. № 4. С. 20–26.
3. Котляков В.М. и др. Подходы к составлению экологических карт СССР// Изв. АН
СССР. Сер. Геогр. — 1990. № 4. С. 61–70.
4. Лосев К.С., Ананичева М.Д. Экологические проблемы России и сопредельных
территорий. — М.: Ноосфера, 2000.
5. Максимова М. В ХХI в. — со старыми и новыми глобальными проблемами// МЭМО.
1998. № 10. С. 5–22.
6. Матишов Д.Г., Матишов Г.Г. Радиационная экологическая океанология. — Апатиты,
2001.
7. Проблемы природопользования в Центральной и Восточной Европе. — Монпилиер:
GIP Reclus, 1997.
8. Россия: стратегия развития в ХХI в. — М.: Ноосфера, 1997.
9. Feshbach M., Friendly A. Ecocide in the USSR. — N.Y.: Basic Book, 1992.
1В расчетах учитывался экспорт продукции добывающих отраслей
промышленности, круглого леса, продукции черной и цветной металлургии,
химической и нефтехимической промышленности, электроэнергетики.
2Отечественные предприятия начальных и конечных стадий ядерного
топливного цикла локализуются, как правило, в глубине российской территории,
вдали от морских берегов (Челябинская, Томская области, юг Красноярского края).
В силу этого они представляют опасность прежде всего для самой России. В
странах, не обладающих столь обширными территориями (Япония, Великобритания,
Тайвань, Корея и др.), такие предприятия оказываются гораздо ближе к Мировому
океану, что предопределяет опасность не только для их собственных, но и
международных акваторий.
|
