Образование как единственная гарантия демократии

Разрыв государственной идеологии и уровня образования может привести страну к новой катастрофе.

Образование сегодня можно назвать единственной и подлинной гарантией демократии, так как оно создает условия для равных возможностей. Образование формирует институализированную «параллельную элиту», которая обладает в обществе авторитетом часто гораздо большим, чем политическая и управленческая элита вместе взятые, невзирая на их репрессивные ресурсы.

Не случайно, нынешняя элита стремится заполучить научные степени, хотя, казалось бы, обладая реальной властью, не нуждается в них. Элите недостаточно власти для легитимации, даже если эта власть получена вполне демократическим путем. Диссертационные скандалы последнего времени носят отнюдь не криминальный, а скрытый социально-политический подтекст.

Можно имитировать политическую систему, социальную стабильность, экономическое благополучие, история многих стран изобилует такими примерами, но нельзя имитировать образование. Потому что подобная имитация ведет к негативному отбору и неизбежному быстрому самоуничтожению всей системы, если, конечно, она не может импортировать образованных людей и специалистов извне (как это делается, например, в США).

Поэтому элита, особенно когда ее качество не соответствует историческим амбициям, крайне раздражена  наличием позитивных противовесов, создающих «зоны», в которых банальные пиар-технологии общества спектакля работают крайне слабо или же не работают совсем. Из образованного человека сложнее сделать человека-функцию, послушную сервисную единицу, которая при этом обязана восхищаться системой и устанавливаемой ею модой на рабский труд. Современная система управления не может ничего сделать с сформированной в образовательной и научной сферах контрэлитой, которую можно подвергнуть оптимизации, дискредитации, унижению, но не нельзя лишить ее морального авторитета и самоуважения, даже если та находятся в полном подчинении у политической и управленческой элиты.

Сегодня все больше говорится о реформе системы образования, которая воспринимается обществом с тревогой и в негативном контексте. Образование становится недоступным, увеличивается  разрыв между элитной и массовой его составляющими. Это создает проблемы не только на уровне отдельных отраслей производства и экономики, но и на уровне государственной идеологии и самоидентификации общества, которые важны как для внутренней стабильности, так и для экспорта «мягкой силы».

Образование всегда связано с политикой и имеет прямое отношение к государственной идеологии. Перефразируя тезисы Маршалла Маклюэна о печатной культуре галактики Гуттенберга, можно сказать, что образование создало централизованное государство, но оно же создало индивидуализм и оппозицию правительству. В истории СССР разрыв между государственной идеологией и уровнем образования общества оказался фатальным. Государственная пропаганда и вся идеологическая машина СССР соответствовала довоенному уровню развития общества 30-х ХХ века, когда же в 60-е и 70-е уровень образования несоизмеримо вырос, то качество пропаганды перестало ему соответствовать и оказалось недееспособным, что усложнилось внешней контрпропагандой эпохи «холодной войны», также не стоявшей на месте.

Похоже, нынешняя российская элита сделала из произошедшего искаженные выводы, решив не повышать содержательный уровень идеологии, а понизить уровень образованности общества. Таким образом, в современной России происходит обратный разрыв, который может оказаться еще более разрушительным, ведь необразованное общество поддается манипуляциям гораздо сильнее извне, чем изнутри. Это та ловушка, в которую попадает элита, уверившая в древнюю стратагему о «глупом народе», но вышедшая из этого самого народа.

Чтобы преодолеть кризис развития, иметь высокоразвитое, демократическое общество и сильную страну следует говорить о всеобщем обязательном высшем образовании в России. Важно помнить, что серьезные потрясения для образования всегда оборачивались потрясениями для общества.

кризис,  США,  Общество 

26.06.2013, 2615 просмотров.